"Проклятые". О новом хорроре рассказывает режиссер

Шейхатович Инна25.12.2018 в 15:47

…Они идут по пустыне. Долго. Не знают дороги. Их трое, мальчиков в военной форме. Пустыня — вместилище миражей, пустыня не имеет путеводных знаков. Страхи множатся и наваливаются мертвящей тяжестью. Вода иссякла. Сил нет. Призраки вылезают из пещеры, бросаются на парней, сердца разрывает тоска и отчаяние. Проклятье старой бедуинки звучит в ушах…

"Проклятые" — новый фильм режиссера Евгения Румана, который сейчас можно увидеть в кинотеатрах Израиля. Я смотрела его на ночном сеансе в огромной комплексе "Синема-сити" в Ришон ле-Ционе. Детишки с огромными ведрами попкорна заняли несколько последних рядов. Сначала гоготали — потом стало тихо.

В каких-то эпизодах раздавался не то стон, не то возглас ужаса. Так или иначе — это нам всем близко: армия, люди с автоматами, с солдатскими бляхами, вещмешками, камера пресс-атташе ЦАХАЛа (Армии обороны Израиля), разговоры о доме и о службе.

Фильм — израильский хоррор. Один из немногих в этом жанре. Черная собака бросается на героев. Плазма звуков окутывает и их, и нас. Финал непредсказуем. И реквиемно, гордо, упрямо молчит рыжая убийца-пустыня. И заносит песчаной простыней ужас и мираж.

Мы молча выходим из зала. В ночь, в метель цветных огней. В свою жизнь.

…Кинокритики скажут свое слово, оно будет веское и — как всегда у критиков — авторитарное. Сейчас не о нем речь.

Я назначила встречу с Евгением Руманом — режиссером, создателем фильма "Проклятые", с которым давно не виделась. Который сейчас монтирует новый фильм.

Он пришел в "Синематеку" утром — повзрослевший (трое маленьких детей — самый верный путь к мудрости), серьезный. Вокруг нас люди листали программки, пили синематечный кофе, беседовали о кино. "Синематека"- место, где встречаются истинные любители кино. О кино пошел разговор и у нас.

— Женя, вам самому нравится картина? Вы довольны результатом?

— Да. Я много раз, конечно, смотрел — и когда монтировал, и со зрителями в кинотеатре. Я доволен.

— В наше свихнувшееся на политике время всегда ищут политическое клеймо, политическую составляющую. Этот фильм могут легко отнести к левой идеологии: в анамнезе — бедуинское село, из которого израильские солдаты изгнали жителей, люди с оружием, которые страдают, не могут найти выход из лабиринта…Словно сама пустыня карает их…

— Люди видят то, что хотят видеть. Мне говорили, что в фильме увидели правую идеологию. Кто-то не увидел никакой. Я не даю рецептов и не выдвигаю манифесты. Я вообще очень не люблю манифесты…

— В титрах указаны три автора сценария "Проклятых" — Йоав Шотан-Гошен, Аелет Гундар-Гошен и Иран Рубинштейн. Это тот самый театральный режиссер, награжденный многими призами, знаменитый Иран Рубинштейн?

— Да, кстати, я узнал об этом когда уже работал над фильмом, и тогда посмотрел его спектакли. А Йоав Шотан-Гошен служил вместе с Ираном в армии. Аелет — жена Йоава. Вот такая сценарная группа.

— Мне очень понравилась операторская работа… Пустыня — главный герой, ее величие, красота, коварство — все запечатлела камера.

— Оператор — Рам Швейке. Да, он хороший, я тоже считаю его работу очень интересной.

— "Проклятые" будет показаны на международных фестивалях?

— Это все же жанровое кино, его на фестивале надо представить в подборке схожих по жанру картин, наверное, что-то такое будет…

— Вы сами любите ужастики? Это важный для вас жанр?

— Это пришло не совсем от самого жанра, не от стремления снять страшно. Речь идет о трех ребятах, они только что закончили школу, страх — он внутри, он в нас, при некоторых экстремальных ситуациях он выплескивается наружу.

Мои сценаристы вложили в фильм свой опыт, я дал свой взгляд… Есть вещи, которые в нас глубоко сидят, и их не изменить. Мы слышим на улице арабскую речь и реагируем, даже вне собственного желания, это не от убеждений¸ не от предвзятости, просто в нас что-то щелкает…

Страх, агрессия, склонность к насилию… Это специфика, это наша судьба. И мне было важно, что они, скажем, не путешественники, а солдаты…

— Там очень интересный звуковой пейзаж, такая звуковая природа, драматургия -характеристика пустыни…

— …Это дизайнер звука работал вместе с композитором. Они создали этот звуковой фон, такая пустыня в голове…Три парня идут в никуда, все — каждый по-своему — обречены.

— Где оптимизм? Где позитив?

— Исследователи говорят, что как раз снять реальный стресс можно, увидев страшилку на экране. Будто вот там — страшно, но с тобой, зритель, все будет хорошо.

— Какой ваш фильм появится вскоре?

— Это трагикомедия, фильм об актерах, которые озвучивают фильмы. Озвучивали в той жизни. Они приезжают в Израиль в 1990 году, с большой алией, менять профессию поздно, и мы наблюдаем за их приключениями.

Рабочее название фильма на русском — "Голос за кадром". На иврите такого понятия нет — и пока нет названия на иврите.

— Кто снимался в этом фильме?

— Владимир Фридман и Маша Белкина. Сценарий я написал вместе с Зивом Берковичем.

— Это будет нечто вроде еще одной версии "Друзей Яны"?

— Там не совсем, как в "Друзьях Яны". Все же юная Эвелина Каплун — Яна решает другие задачи, и фильм — про другое, и я — другой человек, другой режиссер.

— Чем еще вы заняты, какие еще темы вас волнуют?

— Я работал в этом году с известным российским режиссером Павлом Лунгиным. Мы делали сценарий к картине "Эсав" по роману Меира Шалева.

— Это был полезный опыт? Как вам с ним работалось?

— Очень интересно! Он большой мастер, мне было очень полезно такое сотрудничество.

— И фильмы Лунгина вы любите? Они вам близки?

— Я считаю, что "Такси-блюз" — это очень хорошее кино. Просто прекрасное…

— Вы служите кино и любите кино больше других искусств, больше театра…

— Кино быстрее реагирует на ситуацию, оно более чутко фиксирует изменения…Театр мне менее интересен.

— Какие фильмы вы любите? Какие жанры?

— Нет жанра, который я бы не смотрел. Мне очень нравится фильм "Сын Саула". Нравится, как фильм снят, это кино стало для меня откровением.

— …История просто уникальная… Ласло Немеш — наследник лучших традиций большого венгерского кино, но предельно оригинальный…

— … Нравится "Сияние" Кубрика.

— Как вы относитесь к тем фильмам, которые претендовали в этом году на "Оскара"?

— Я не смотрел, кажется, ничего из этих фильмов.

— Как вы относитесь к сериалам?

— Не смотрю. У меня нет терпения.

— Вы родились в Минске, в семье инженеров. В Минске пошли в школу….

— Мы приехали в Израиль, когда мне было одиннадцать лет.

— Здесь закончили школу, тель-авивский университет по специальности "Кино и телевидение"…

— Точно.

— Бывали в родном городе Минске после того, как уехали?

— Я был дважды на международном фестивале "Лiстапад", был как участник, был даже в жюри. Там я даже приз получил за картину "Игорь и журавли".

— Сердце не дрогнуло? Ничего не всколыхнулось? Все же колыбель…

— Минск — красивый, он изменился, я уже почти ничего и не узнавал. Дрогнуло ли сердце? Я живу здесь, этот мир — свободный, нет, я ни о чем не жалею.

— Фильм, который был после "Игоря и журавлей", это триллер?

— "Человек в стене"? Это фильм немного мистический, он тоже был показан на фестивале в Минске. Его купил канал Netflix, его видели в России, Голландии, Германии. Он был снят за шесть дней.

— Ситуация в израильском кино нормальная? Сегодня, как я понимаю, легче всего получить деньги на самый первый фильм…

— Да, верно. Наверное, я бы хотел, чтобы ситуация в израильском кино была более уравновешенной…

— Кино может, должно бороться с какими-то язвами общества? Вы верите, что оно способно менять мир?

— Наверное. Возможно. Я не умею бороться с ветряными мельницами. И меня занимают другие вещи.

— Ваша жена видела "Проклятых"?

— Да, ей понравилось. Я даже детей взял на премьеру. Ну, это потому, что не с кем было оставить.

— Сколько вашим мальчикам?

— Двойняшкам — три года, а младшему — год. Михаэль, Адам и Элиша.

-И они выдержали весь фильм?

— Через пятнадцать минут им надоело.

— Младший спит по ночам?

— Да, иногда любит перекусить, и мы учитываем его нужды…

— Вы счастливый человек?

— У меня семья, трое детей, я плодовитый режиссер, снимаю фильмы, имею возможность реализовываться. Мне грех жаловаться.

Он ищет, снимает, собирает впечатления и единомышленников. Его "Ленин в октябре" — сатира, "Игорь и журавли" — эксперимент, кино для детей и для всей семьи, "Человек в стене" — странный триллер, почти мистика, один из первых фильмов — "Чудо" — доброе и очень реалистичное кино.

Вы знаете, в Баларуси журавль — очень любимая птица, какая-то знаковая. И стихи, и песни есть про журавлей. Про то, как они летят с юга на Полесье.

На свете, в искусстве нет ничего случайного. Журавли — это тоже не случайно. Пусть мой земляк, человек кино — Евгений Руман — будет всегда успешным. Призов ему и полные залы — всегда! Пусть его журавлиный полет будет долгим.

Источник фото: "Фейсбук" Евгения Румана

Читайте также:

Документалист: настоящее искусство должно ранить

Почему кино об Армстронге достойно "Оскара"

Сыграет ли женщина Джеймса Бонда — Дочь Яна Флеминга против

Поделиться:

Ещё по теме

Зарубежное кино

"Имя Розы": сериал по бестселлеру Умберто Эко

Журенкова Екатерина02.04.2019 в 13:20
Зарубежное кино

Лучшие сериалы 2018 года, которые вы могли пропустить

Стриж Евгений01.04.2019 в 23:08